Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Цыплят по осени считают.

Цыплят по осени считают.

В стране Туркменбаши в разгаре осень, которая не только очей очарованье, но и пора уборки белого золота — хлопка. А дела на хлопковых полях Туркменистана, как показывают данные, нынче весьма плачевные. По состоянию на 8 октября в стране заготовлено меньше 700 тыс. т. сырца при плане в 2,2 млн. т. Причем хлопка заготовлено даже на 100 тыс. т. больше, чем было в том же периоде минувшего года, однако дневной прирост уже упал ниже уровня прошлогоднего и составляет 9,5 тыс. тонн, или 0,43% к установленному заданию.

Из всех велаятов самое худшее положение в западном Балканском велаяте. Несмотря на теплые солнечные дни октября, здесь за день собирается меньше 100 тонн, а весь собранный хлопок составляет лишь одну десятую часть запланированного объема.

Не лучшим образом дела обстоят и в самом северном, Дашогузском, велаяте, хяким которого Аганияз Акыев недавно прилюдно заверил вождя в том, что к очередной годовщине независимости Туркменистана, то есть к 27 октября, дашогузские хлопкоробы выполнят план и соберут обещанные 615 тыс. т. хлопка. Уже тогда все — и сам хяким, и президент, и те, кто присутствовал на церемонии встречи Сапармурада Ниязова на дашогузской земле понимали, что хяким элементарно врет. Однако вранье, ставшее неизменным атрибутом всей жизни современной Туркмении, и на этот раз было воспринято всеми с удовлетворением и пониманием. Итак, хлопковая страда в Туркменистане продолжается. Однако уже сейчас можно утверждать, что план по сбору хлопка будет провален в очередной раз.

В чем же дело, почему каждую осень, когда, как любит говаривать Сердар, наступает сезон подсчета цыплят и устраивается ставший уже привычным кабинет-министровский разнос с «избиением младенцев», то бишь хякимов и руководителей структур, призванных обслуживать потребности сельскохозяйственного производства, и при этом одни навсегда лишаются своих должностей, воздавая Всевышнему, что легко отделались, а в отношении других правоохранительным органам отдается команда «фас» и тогда — здравствуй, «небо в клетку», — почему все равно год от года ничего не меняется, а становится все хуже и хуже? Где тут логика?

На самом деле все довольно просто. Первая и главная беда хлопкоробов-арендаторов состоит в том, что государство приобретает произведенный ими хлопок-сырец по смехотворно низкой закупочной цене — 1 млн. манат за тонну. По курсу черного рынка (официальный народу недоступен) это всего-то $40. Таким образом за год крестьянин, вырастивший на 1 га. земли максимально высокий в почвенно-климатических условиях страны урожай в 40 центнеров или 4 тонны, заработает всего лишь $160.

И это валовый доход туркменского крестьянина. На руки же он получит еще меньше, ибо часть его выручки пойдет на оплату 50% стоимости семян, удобрений, горючего, тракторных и иных услуг службы защиты растений. Другую половину стоимости берет на себя государство.

Кому нужны эти льготы, вопрошает арендатор Керимберды С. из отдаленного села на севере страны, — никому, кроме самого Туркменбаши, да и то бахвальства ради. Он же любит при каждом удобном случае подчеркнуть, что ни в одной другой стране крестьяне не имеют таких льгот, какие есть у туркменских земледельцев. Масло в огонь подливают идеологи, используя подконтрольные президенту СМИ, и на все лады нахваливая реформы в сельском хозяйстве. Только нам-то, рядовым дайханам, какой толк от этих реформ?! Каждый год сеем хлопчатник, вкалываем на поле, а приходит осень, и мы опять остаемся должниками государству. Многие дайхане в нашем селе отказываются заниматься хлопчатником, а если кто и выращивает эту культуру, то исключительно ради выпаса своей же скотины вокруг участка.

Керимберды-ага затронул лишь верхушку айсберга. Но имеются и невидимые его составляющие. Одно из них недосев площадей. Председатели дайханских объединений и хякимы этрапов знают, что за срыв выполнения плана по хлопку получишь взбучку от президента, в худшем случае распрощаешься со своей должностью; а вот за невыполнение плана по зерну можешь не только кресла лишиться, но и, что хуже, свободы. Спрос за пшеницу настолько строг, что местные чиновники стараются всеми правдами и неправдами достичь заветных 100% при заготовке пшеницы. В Марыйском и Ахалском велаятах, да и в других уже тоже научились приписывать недостающее зерно. В Дашогузском и Лебапском за счет сокращения площадей под хлопчатником увеличивают площади под зерновыми и таким образом пытаются избежать президентского гнева. Представитель хякимлика Сердарабатского этрапа на условиях анонимности рассказал, что только в их этрапе недосев хлопчатника составил полторы тысячи гектаров, а в других — и того больше.

А, как говорится, сколько посеешь, столько и соберешь... Любые планы в своем царстве Туркменбаши устанавливает самолично, беря любые понравившиеся ему цифры. Хякимы, да и сами дайхане, зная, что перед ними ставится невыполнимая задача, в ходе сезона начинают всячески ловчить, искать выход из тупика, в который их ежегодно загоняет пожизненный вождь. Потому некоторые руководители, памятуя об участи их предшественников и догадываясь, что к концу хлопкоуборочной кампании их ожидает то же самое, начинают работать на себя - берут взятки по-крупному, строят себе дома в виде дворцов, продают земельные наделы и должности, впадают в разгул.

Любопытные сведения можно привести из истории, например, назначения и отставки хякимов Дашогузского велаята, между прочим, самого отсталого региона. Сейчас в местах лишения свободы находятся четыре хякима, возглавлявшие велаят на протяжении последних 6-7 лет. Все они осуждены на сроки от 20 до 25 лет.

Когда планы нереальные, а условия их выполнения для всех кабальные, тогда на первый план выходят обман, очковтирательство и приписки. Например, в этрапе еще не засеяна и половина отведенной площади, а наверх уже отправляется рапорт — отсеялись вовремя. В нынешнем году дайхане не смогли получить и минимальной дозы минеральных удобрений для своих участков, а со страниц газет и с экранов телевизоров с пафосом говорилось, что-де дайхане ни в чем не испытывают нужду, у них есть все: и удобрения, и новые американские тракторы, и комбайны, и настрой на выполнение своих обязательств.

Начиная с прошлого года во взаимоотношения государства с дайханами-хлопкоробами внесены изменения. Теперь, согласно им, дайхане только 30% выращенного урожая отдают государству, а оставшиеся 70 могут самостоятельно продавать зарубежным покупателям за валюту, но с одной оговоркой — только через Государственную товарно-сырьевую биржу Туркменистана. Механизм этот, не успев заработать, уже стал давать сбои. Вокруг плодов дайханского труда так много вертится всяких хапуг, что сам производитель хлопка вновь, как и в прошлые годы, остается ни с чем. Хлопкозаводы Госконцерна Туркменпагта уже на стадии приемки сырца на переработку стараются обмануть малограмотных хлопкоробов пересортицей, всякими скидками за влажность и засоренность хлопка. Позже, после очистки хлопка и получения хлопковых семян, крестьянина стараются обмануть на маслозаводах Ассоциации пищевой промышленности. Трактористы АО Туркменобахызмат тоже своего не упускают: если дайханин, помимо выписанного чека за выполненную работу, не оплатит еще стоимость дизельного масла или не отблагодарит каким-то иным способом механизатора, то последний вспашет поле не на 30-40 см., как это положено, а всего на 10-13 см. в глубину.

Прихлебателей, стоящих над и вокруг туркменского хлопкороба, хоть отбавляй. Целая структура под названием САО (сельскохозяйственное акционерное общество) создана в каждом этрапе и в каждом велаяте. Часть своих доходов дайхане вынуждены отчислять и на содержание этого бюрократического аппарата.

Справедливости ради заметим, что есть в Туркменистане два вполне успешных САО — имени Мыратберды Сопыева в Ахалском велаяте и имени Садуллы Розметова в Дашогузском. Люди, в честь которых названы оба объединения, и по сей день стоят во главе своих хозяйств. И у Мыратберды, и у Садуллы в хлопководческой отрасли нет таких проблем, которые характерны для всех без исключения дайхан страны. Но дело тут в том, что оба яшули являются Героями Туркменистана и весьма влиятельными людьми не только в своих велаятах, но и в стране. И им позволительно то, что не позволительно тем же хякимам велаятов, то есть выходить непосредственно на президента при решении своих хозяйственным проблем. Последним же приходится довольствоваться тем, что Бог в лице Туркменбаши пошлет. Успешная работа хлопкоробов двух самостоятельных САО в Ахалском и Дашогузском велаятах обусловлена также и тем, что эти САО изначально задуманы президентом как образцово-показательные хозяйства. Отсюда и льготы, и преимущества, и привилегии этим хозяйствам.

Дайханин в нескольких поколениях Аширберды Кулов (фамилия изменена) из Сакарчага Марыйского велаята убежден, что первым делом необходимо отменить так называемые льготы при оплате стоимости семян и иных услуг и установить нормальную закупочную цену на туркменский хлопок, допустим, в 10 млн. манатов, и с этим мнением нельзя не согласиться. Пока же покупая у дайхан тонну хлопка за $40, государство до сих пор продавало эту же тонну волокна иностранцам от $1200 (средневолокнистый сорт) до $1600 (тонковолокнистый сорт).

Мария Потапова (Ашгабад).

журнал-Оазис

Последние новости

Срочно
СРОЧНО! Сообщение из Бухары.
В БУХАРЕ НАЧАЛСЯ СУД НАД УЧАСТНИКАМИ ВОЛНЕНИЙ В КАРАКАЛПАКСТАНЕ Власти озвучили список подсудимых и выдвинутые обвинения.
В БУХАРЕ НАЧАЛСЯ СУД НАД УЧАСТНИКАМИ ВОЛНЕНИЙ В КАРАКАЛПАКСТАНЕ Власти озвучили список подсудимых и...
Заявление посольства США в Узбекистане.
Заявление посольства США в Узбекистане.
ВЛАСТИ УЗБЕКИСТАНА СООБЩИЛИ О НАЧАЛЕ СУДА НАД ПЕРВОЙ ГРУППОЙ УЧАСТНИКОВ ВОЛНЕНИЙ В КАРАКАЛПАКСТАНЕ.
ВЛАСТИ УЗБЕКИСТАНА СООБЩИЛИ О НАЧАЛЕ СУДА НАД ПЕРВОЙ ГРУППОЙ УЧАСТНИКОВ ВОЛНЕНИЙ В КАРАКАЛПАКСТАНЕ.
20 ЛЕТ СО ДНЯ НЕУДАВШЕЙСЯ ПОПЫТКИ СВЕРЖЕНИЯ ТУРКМЕНСКОГО ДИКТАТОРА.
20 ЛЕТ СО ДНЯ НЕУДАВШЕЙСЯ ПОПЫТКИ СВЕРЖЕНИЯ ТУРКМЕНСКОГО ДИКТАТОРА.