Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Срок как казнь.

Срок как казнь.

Ситуация в туркменских тюрьмах давно вызывает обеспокоенность международных организаций. Представители Красного Креста постоянно и настойчиво просят власти страны допустить их в места заключения, но каждый раз получают категорический отказ.

С 1999 года в Туркменистане введен мораторий на смертную казнь. Тогда же в конституцию внесли фразу «Смертная казнь в Туркменистане полностью отменена и навечно запрещена первым Президентом Туркменистана Великим Сапармуратом Туркменбаши». Даже для своих личных врагов Туркменбаши не сделал исключение. После поимки всех участников попытки государственного переворота в ноябре 2002 года, и, несмотря на требование «широкой общественности» в лице студентов, аксакалов, министров, домохозяек и всего населения Туркменистана, эта норма осталась в неприкосновенности и всем переворотчикам смертную казнь заменили на новую высшую меру — кому 25 лет, кому пожизненное заключение.

Но вся эта «гуманистическая» картина могла бы убедить всех в том, что власть в Туркменистане на самом деле гуманна, если б история не знала иного. В мае 1992-го года казнь Аймурада (А. Нурыев) — вора в законе, как сейчас говорят, «авторитета», и его подельников транслировалась по национальному телевидению и вызвала в обществе шок и была воспринята как прямое предупреждение всем, кто посмеет соперничать с властью в «авторитете». Но в то же самое время вся статистика смертных казней была столь засекречена, что эксперты и правозащитники до сих пор приводят разные данные о числе расстрелянных в туркменских тюрьмах с 1991 по 1999 годы, когда смертная казнь в Туркменистане была отменена. Так по данным правозащитных организаций, в 1992 году в Туркменистане было расстреляно 102 человека, в 1993 году — 114, 1994 году — 126, 1995 году — 134, в 1996 году — 400, по единственно доступным данным, столько же ожидало приведение приговора в исполнение к середине 1997 года. Amnesty International в этой связи приводит следующие аналогии: «...Например, в Китае в 1994 году высшая мера наказания была применена в 1791-ом случае. Эта цифра приблизительно в 14 раз превышает неподтвержденное количество случаев применения смертной казни в Туркменистане в том же 1994 году, однако численность населения в Китае более чем в 226 раз больше, чем в Туркменистане». Удельное количество (на душу населения) приведенных в исполнение смертных приговоров в Туркменистане более чем в 16 раз превышало показатель таких случаев в Китае!

Но что-то подвигло власти отменить смертную казнь в 1999 году, и в этом же году принять закон «О ежегодной амнистии» в честь священной ночи «Гадыр Геджеси» («Ночь Всемогущества»). Но этот приступ гуманности никак не отразился на положении заключенных в тюрьмах и СИЗО, наоборот, именно с этого времени произошло резкое усиление тюремного режима, секретности и всего, что связано с системой правосудия и пенитенциарной системой. Была введена практика закрытых судов, родственникам многих заключенных перестали выдавать информацию об их местонахождении, многим было отказано в свиданиях и передачах. Со слов освободившихся заключенных, именно в это время резко повысилось число заключенных, что привело к переполнению тюрем. И тогда же была заложена новая тюрьма «Овадан-депе», ставшая страшным символом, венцом туркменского «правосудия». Слух о том, что в туркменских тюрьмах ужасающие условия содержания и меры наказания — избиения и посадки в карцер, пополнились появившейся информацией о существовании в этой тюрьме «горбатых камер», высотой полтора метра, предназначенных для ПОСТОЯННОГО пребывания заключенного. После смерти Ниязова власти поспешили её снести, зная, что рано или поздно придется допустить туда международных наблюдателей. Ситуация в туркменских тюрьмах давно вызывает обеспокоенность международных организаций. Представители Красного Креста постоянно и настойчиво просят власти страны допустить их в места заключения, но каждый раз получают категорический отказ.

А беспокоится, есть из-за чего. Только известные случаи смертей в заключении заставляют задуматься. В год запрета смертной казни в тюрьме погиб Хошали Гараев, один из осужденных по делу о «покушении» на Ниязова в 1995 году и признанного Amnesty International узником совести. За этим последовала череда смертей в тюрьмах высокопоставленных чиновников, перешедших в разряд личных врагов Ниязова — бывшего председателя КНБ Мухаммеда Назарова и бывшего председателя парламента Тагандурды Халлыева. В 2006 году погибла журналист Радио «Свобода» Огулсапар Мурадова. Но это только известные случаи, это только известные люди.

Свидетельства освободившихся говорят о том, что вся категория «врагов народа» и «изменников родине», обречена на медленное умирание. В женской колонии г. Дашагуз существует специальный вид работы для «политических» и их родственников — это расчесывание шерсти. Причем делается это без всяких специальных приспособлений и мер охраны здоровья. Специалисты говорят, что такая работа — 100 процентная гарантия заражения легочными паразитами, цисты которых находятся в шерсти. Гельды Кяризов, еще один из врагов Ниязова находится в крайней степени истощения после перевода из «Овадан-депе» в одну из других колоний. Скученность в камерах, присутствие в одних помещениях со здоровыми людьми людей больных туберкулезом как наказание, наказание тяжелой работой, лишение сна, постоянное моральное и психологическое давление, невыносимые условия содержания, особенно в летние месяцы, — все это целенаправленное лишение здоровья и жизни, это та же смертная казнь, растянутая во времени.

После смерти Ниязова в Туркменистане и за его пределами ждут не только перемен, но и зримых им доказательств. Свободный доступ к интернет, как символ нового времени — это, конечно, хорошо, но далеко не того ждет народ. Мелкие исправления проказ и чудачеств Ниязова будут казаться такими же чудачествами новой власти, пока не будет восстановлена справедливость, попранная прошлой властью. Список можно привести очень длинный. Это и возмещение за снесенное жилье, это и возможность восполнить образование, но главное — вернуть людям незаконно отнятую свободу. Для туркменских условий — незаконно отнятую жизнь.

По данным организации «Международная Амнистия», в настоящий момент 89 государств и территориальных образований полностью отменили смертную казнь; 10 государств отменили смертную казнь за все преступления, за исключением особо тяжких, таких как военные преступления; 29 государств не применяют смертную казнь на практике: законодательство данных государств предусматривает подобную меру наказания, однако приговоры не приводились в исполнение на протяжении последних 10 и более лет.

Таким образом, всего 128 государства либо отменили смертную казнь в законодательном порядке, либо не применяют ее на практике.

Еще 69 государств сохраняют и применяют смертную казнь, однако число стран, в которых фактически казнят заключенных, с каждым годом снижается.

Сапаргуль Мамедова (Ашхабад)

http://www.ca-oasis.info/oasis/?jrn=51&id=399

Последние новости

Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на заседании Совета Министров иностранных дел ОБСЕ....
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
 Посол Туркменистана в Австрии покинул зал заседания во время речи министра иностранных дел Украины.
Посол Туркменистана в Австрии и ОБСЕ покинул зал заседания во время речи министра иностранных дел...
Демарш туркменского дипломата в МИД ОБСЕ /Türkmen Diplomatynyň Äsgermezçiligi.
Демарш туркменского посла на заседании Совета МИД ОБСЕ /Türkmen Diplomatynyň Äsgermezçiligi.