Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Почему в Туркменистане журналистов бьют по рукам?

Почему в Туркменистане журналистов бьют по рукам?

Новый закон Туркменистана о печати отменяет цензуру. К тому же президент страны требует, чтобы СМИ работали лучше. На расширенном заседании правительства по итогам 2013 года он, в частности, обратил внимание вице-премьера Бягуль Нурмурадовой, редакторов газет и журналов, руководителей телерадиоканалов на низкое качество публикаций и передач, на их оторванность от жизни.

По мнению журналистов и обозревателей, сотрудничающих с «Азатлыком» [туркменской службой Радио Свобода], сейчас им гораздо легче, чем было во времена Сапармурата Туркменбаши, когда за профессиональную деятельность их могли упрятать за решетку, поместить в психбольницу, лишить связи с внешним миром. Однако в последние дни снова появилась информация о том, что независимым журналистам вновь препятствуют в их работе. При этом отмечается вот какая тенденция: если прежде давление оказывалось властями и сотрудниками спецслужб, то сейчас препоны ставятся на уровне чиновников средней руки.

В каких условиях сейчас приходится работать независимым журналистам в Туркменистане после принятия нового закона о печати? Кто и как мешает им работать? На эти и другие вопросы «Азатлык» попросил ответить своих корреспондентов в Туркменистане.

Лебапский корреспондент «Азатлыка» Умид Джумаев рассказал о своих приключениях, с которыми он столкнулся при попытке выяснить причины, по которым жители Сердарабатского этрапа не могут быстро получить талоны на бесплатный бензин.

«Я хотел выяснить, чем вызваны очереди у станции диагностики службы дорожного надзора и снять увиденное на видео, потому что до этого приходилось слышать, что препоны создаются искусственно, что все это связано с коррупцией. Но не успел. Ко мне подошел офицер службы и велел следовать за ним. Меня привели в какое-то помещение, где отобрали паспорт и мобильник, на который я успел заснять несколько кадров. После тщательного просмотра отснятых кадров мне велели ждать. Ждал около получаса. Были звонки, какие-то согласования. Потом меня усадили в автомобиль дорожной полиции и повезли в отдел полиции Сердарабатского этрапа, где продержали 4 часа», — говорит У. Джумаев.

По его словам, в отделе полиции сразу сказали, что в его действиях нет нарушения закона, дескать, поэтому ты сейчас здесь, а если усматривалось бы нарушение закона, то сидел бы совсем в другом месте. В каком, правда, не назвали, но вели себя достаточно тактично, разговаривали без окриков и угроз. Полицейские говорили, дескать, нельзя фотографировать очереди перед учреждением полиции.

«Когда я прямо спросил о причинах возникновения очередей, мне сказали, что такое происходит каждый год в январе, что у них нехватка кадров, а имеющийся персонал не успевает в своей работе», — продолжает Умид.

В полиции Умиду объяснили, что очереди на талоны образовываются из-за… высокого уровня благосостояния народа — машин стало много, а также из-за того, что на технический осмотр каждого транспортного средства уходит полчаса-час времени — этого, дескать, требует обеспечение безопасности на дорогах. Сказали также, что очереди — это временное явление, они скоро рассосутся и, мол, поэтому не стоит фиксировать на видео это явление.

Ссылаясь на новый закон о печати, на то, что цензура запрещена, Умид пытался доказать, что он хотел информировать людей о начале выдачи бесплатных талонов на бензин так же, как он до этого готовил информацию, к примеру, о начале хлопкоуборочной или зерноуборочной кампании. Но было тщетно.

«Мне сказали, что будет лучше, если я не буду снимать очереди. Потом с меня взяли письменную объяснительную, велели расписаться под ней, вернули целым мой мобильник, правда, уже без последних кадров, отснятых на станции диагностики — они были удалены», — говорит он.

Ашхабадский корреспондент «Азатлыка» Солтан Ачилова прежде чем рассказать свою, не менее любопытную историю, которая приключилась с ней в День памяти 12 января, отметила, что за последние 2-3 года корреспондентов «Азатлыка» в Туркменистане преследовать стали меньше. По ее словам, теперь никто не ходит за ними по пятам, не отслеживает каждый шаг, не обрывает телефонную связь, как это делалось прежде.

«Раньше даже людей, с которыми встречались или которые давали интервью, запугивали. Но все равно нельзя сказать, что мне работается легко. До сих пор, где бы я ни была, на базаре ли, в музее или выставочном зале, в мечети ли, везде создаются препятствия для моей профессиональной деятельности. Вот и 12 января, в День памяти я пошла в Кешинскую мечеть, чтобы подготовить оттуда материал для радио. Народу, правда, в тот день было мало — всего несколько семей устраивали и раздавали здесь садака. Я подошла к группе женщин и попросила самую старшую из них прочитать аят. Я сразу предупредила, что буду записывать происходящее на видео. Она не воспротивилась, согласилась. Только эта женщина стала читать молитву, а я записывать, как откуда-то появился молодой человек и стал орать на меня, мол, кто ты такая, откуда пришла, где твои документы, почему снимаешь это? Я попросила его быть повежливее и потише, сказала, что его голос также попадает в запись», — говорит Солтан Ачилова.

Ее слова привели молодого человека в ярость, который, как вскоре выяснилось, оказался имамом мечети в Кеши: «Вот записываете, а потом все это появляется в интернете, в "Азатлыке", убирайся отсюда! А не то сейчас разобью твою камеру!», — орал он, грозно надвигаясь на Солтан. Ачиловой пришлось выключить камеру и спрятать ее за спину.

«Только попробуй дотронуться до камеры, смотри, как бы тебе это дорого не обошлось, — сказала я, — вот так не дали мне подготовить передачу с поминального мероприятия в мечети, но и с пустыми руками я оттуда не ушла — кое-что все же успела записать на видеокамеру».

По словам Ачиловой, подобные препятствия чинят ей часто и практически везде. Один случай произошел перед новогодним праздником на базаре «Алтын асыр». Когда она стала делать снимки, откуда-то появились люди, представившиеся работниками базара, и потребовали от нее предъявить… разрешение Министерства торговли, дающее право на съемку рынка.

«У меня разрешения не было и поэтому не дали поснимать торговые ряды базара. Такое же было и на выставочном зале, одним словом, везде, где я только появляюсь», — говорит С. Ачилова, которая не исключает того, что специальные указания, запрещающие деятельность независимых журналистов, могут исходить от руководства страны и спецслужб. В то же время корреспондент «Азатлыка» говорит о растущей популярности передач радио среди местного населения, и это обстоятельство заставляет чиновников среднего и низшего уровня из-за страха потерять свои должности реагировать на любые действия независимых журналистов.

По словам С. Ачиловой, несмотря на некоторые послабления в виде прекращения практики отключения телефонов или неприкрытого преследования журналистов, власти в Туркменистане и особенно чиновники среднего уровня по-прежнему негативно относятся к работе корреспондентов «Азатлыка».

Перевод с туркменского: Альтернативные новости Туркменистана (АНТ)

Источник :: Радио Азатлык

Последние новости

ВОЛНЕНИЯ В МОНГОЛИИ
ВОЛНЕНИЯ В МОНГОЛИИ
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на заседании Совета Министров иностранных дел ОБСЕ....
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
29-е заседание Совета Министров иностранных дел ОБСЕ.
29-е заседание Совета Министров иностранных дел ОБСЕ.