Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Туркменский трафик.

Туркменский трафик

Недавно на российском государственном телеканале РТР был показан фильм «Трафик» известного российского журналиста Аркадия Мамонтова. Речь в журналистском расследовании Мамонтова идет о путях, по которым крупные партии наркотиков попадают из Афганистана в Россию. В сегодняшней программе – автор фильма. Аркадий, удалось ли вам выяснить конкретные каналы прохождения наркотиков из Афганистана в Россию?

АМ: Удалось выяснить, потому что нам очень сильно помогали спецслужбы и люди, заинтересованные в борьбе с наркотрафиком в среднеазиатских республиках – я имею в виду прежде всего Таджикистан, Агентство по борьбе с наркотиками. Они сильно нам помогли по поводу своей страны. Мы узнали, что через Таджикистан лежит довольно мощный трафик, а также через Киргизию и Казахстан. Но открытием, ужасным открытием, стало то, что, оказывается, самый законспирированный путь наркотиков лежит через Туркмению. Потому что эта страна не имеет никаких договоров с Россией, не желает сотрудничать с нашей страной.

Через Туркмению идет значительный объем героина. Складируется это в районе Кушки, Мары, граница с Афганистаном, как нам удалось выяснить, разрушена, нет никаких препонов для переправки наркотиков в Туркмению сначала, а потом через Красноводск – в Астрахань. А потом распространяется через Россию. Это первое. Второй путь распространения – посредством авиации. Через авиапорт Домодедово, где у них есть своя сеть: грузчики, таможенники. Потом через другие авиапорты России – Новосибирск, Самару и так далее.

Аркадий, на туркменском полуофициальном интернет-сайте turkmenistan.ru недавно появилась ваша фотография и статья, в которой автор, в частности, задается вопросм, почему российские официальные лица в том же Домодедово не прокомментировали в вашей программе переданную вами информацию?

АМ: Официальные лица в приватных беседах, при условии, что мы их не будем показывать, подтвердили, кто в порту занимается наркотрафиком. Конкретно указали нам фамилии, где они живут, кто «держит» этот наркотрафик. Все это известно официальным лицам, которые работают в Домодедово. Другое дело, что это огромные деньги. Чтобы получить от них официальное подтверждение, на это никто сейчас не пойдет. Не хотят журналистам рассказывать на экране, что происходит в аэропорту.

Обращались ли вы за помощью при работе над фильмом к туркменским официальным лицам? Отличалась ли их реакция от реакции таджикской стороны?

АМ: Таджики оказывали активную помощь. Они нам показали, не стесняясь, огромный объем наркотиков, который идет через их страну. Они работают почти по западным стандартам, когда спецслужба, когда борется с наркотиками, старается показать общественности эту борьбу, даже если там есть недостатки. Что касается Туркмении, то мы очень осторожно обращались к ним. Мы один раз обратились, они отказали. Если бы мы обращались два, три, четыре раза, я вас уверяю, за нашей группой в Москве была бы слежка. То есть люди, которые должны с туркменской стороны бороться с наркомафией, делали все, чтобы не дать выйти фильму и мешали нашей группе расследовать эту ситуацию.

С чем вы это связываете?

АМ: Документальных свидетельств того, что руководители этой страны занимаются наркоторговлей, у нас нет. Есть ощущение и подозрения, что государство не все делает для того, чтобы перекрыть канал наркотрафика в Россию и в Европу.

Аркадий, Вы говорили, что «туркменская» тема возникла у вас после того, как Вы обнаружили в интернете материалы «НВ» о туркменском наркотрафике. И это стало для вас полной неожиданностью. Почему в России мало знают об этом?

АМ: Я знал очень мало людей, которые пишут на тему Туркмении. Один из них, мой коллега Аркадий Дубнов. Остальные журналисты предпочитают либо не связываться с этим регионом, либо он их не интересует.

Были ли попытки помешать выходу фильма на экран?

АМ: Были. Я не хочу подробно распространяться, но должен сказать, что работа над фильмом, над той частью фильма, которая касается туркменского наркопути, была обусловлена очень большим давлением со стороны туркменских официальных лиц, которые, увидев лишь анонсы по телевизору, развили здесь, в России, активную деятельность для того, чтобы прекратить работу нашей съемочной группы. Начиная от запугивания наших контрагентов, людей, с которыми мы хотели взять интервью, и заканчивая всякими инсинуациями в нашу сторону.

Слова российского журналиста Аркадия Мамонтова дополняет уже упомянутый им российский эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов:

АД: Туркменские власти как минимум дважды пытались остановить выход фильма «Трафик» на российский экран. В первый раз это было в начале февраля, когда по РТР прошел анонс фильма Аркадия Мамонтова. Реакция Туркменбаши была тогда, мягко говоря, чрезвычайно болезненной, и он пытался использовать все рычаги давления на Москву, на российское телевиденье, в том числе и с использованием российских дипломатов в Ашхабаде. Надо сказать, ему это удалось, и меньше чем за двое суток до выхода фильма, фильм был снят из эфирной сетки. Второй раз, когда фильм готовился на экран в конце марта, были предприняты подобные попытки и с использованием российских дипломатов в Ашхабаде, и, естественно, по линии туркменских дипломатов. Но на этот раз фильм вышел. Самое интересное, что когда он готовился в первый раз к выходу, Туркменбаши решил предпринять контрмеры, найти асиметричный ответ. И тогда вместе со своим ближайшим окружением он обсуждал, как можно отомстить россиянам. И он начал перебирать памятники русской культуры и истории в Туркмении, для того, чтобы их уничтожить или снести. Вспомнили установленную в Кушке в 1913 году часовню. Но ее снесли уже несколько лет назад. Потом вспомнили русские кладбища в Байрам-Али и неподалеку от Красноводска. Но самым удачным оказалось предложение о театре русской драмы имени Пушкина в Ашхабаде. И 10 февраля было объявлено о его сносе.

Аркадий, фильм «Трафик», вышедший на государственном телеканале, позволяет сделать вывод о том, что туркменские власти как минимум ничего не делают для пресечения наркотрафика через территорию республики из Афганистана в Россию. Тем не менее, официального протеста Ашхабад не заявлял. Как Вы думаете, почему?

АД: Если Ашхабад начнет деятельно опровергать факты, то он попадет в очень неприятную ситуацию, потому что тогда это начнет обретать характер снежного кома. Это возбудит дополнительный интерес к этой теме, а это не в интересах Ашхабада.

Виталий Волков Немецкая Волна 12 апреля 2004 г.

Последние новости

Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на заседании Совета Министров иностранных дел ОБСЕ....
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
 Посол Туркменистана в Австрии покинул зал заседания во время речи министра иностранных дел Украины.
Посол Туркменистана в Австрии и ОБСЕ покинул зал заседания во время речи министра иностранных дел...
Демарш туркменского дипломата в МИД ОБСЕ /Türkmen Diplomatynyň Äsgermezçiligi.
Демарш туркменского посла на заседании Совета МИД ОБСЕ /Türkmen Diplomatynyň Äsgermezçiligi.