Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Мониторинг мест лишения свободы в Туркменистане: говорят очевидцы.

logo

ТХФ продолжает мониторинг мест лишения свободы в Туркменистане. Ниже свидетельства бывшей осужденной и работника МР/Д-14 г. Мары.

1. Бывшая осужденная. 30-летняя ММ, осужденная в 2004 году на 8 лет (из соображений безопасности более подробная информация не разглашается), в этом году в конце октября наряду с другими была помилована. Обычно на амнистию могут рассчитывать лица, отсидевшие треть срока и не имеющие нареканий от администрации места лишения. Как удалось ММ попасть в список счастливчиков, и об условиях содержания в туркменских пенитенциарных учреждениях ее рассказ (стиль автора, за некоторым исключением, сохранен).

“С первых дней прибытия в СИЗО г.Теджена я, при содействии моих знакомых, попала в привилегированную камеру (на месте ее называют “баурская хата”). За 6-месячное нахождение в этой камере я заплатила 2500 долларов. Помог мне заместитель начальника по оперативной и режимной работе, майор Байбиков Рафик Махмудович. Когда тедженское СИЗО стали переводить в Яшлык, я оказалась в дашогузской женской колонии.

В женской колонии ДЗ-К/8 во время 10-дневного карантина я не выходила на ежедневную уборку территории, за это заплатила надзирателям 500 000 манат. После карантина за 1000 000 манат купила себе на 3 месяца место в больничном блоке. Но через два месяца поменяли начальника больничного блока и новый начальник потребовал с меня заплатить за оставшийся месяц вновь эту же сумму. Я отказалась и за 400 000 манат купила себе место в бараке. Если бы я не заплатила за место в бараке, то меня бы содержали под открытым небом, или в лучшем случае где-нибудь в коридоре, на полу. А чтобы не выходить на грязную и тяжелую работу, где условия ужасные, техника безопасности (труда - прим. ТХФ) не соблюдается и люди там постепенно превращаются в инвалидов, дала отрядному 500 000 манат: он зачислил меня в маленькое швейное ателье. Ежедневно я выходила на работу в ателье, но ничего не делала, за это я заплатила 150 000 манат, поэтому мою работу выполняли женшины, не имеющие возможности откупаться.

В колонии 6 бараков, 6 отрядов, больничный блок, административная и промышленная территории. В промышленную территорию входит швейный цех, цех по заливке керамзитных кирпичей, цех по обработке шерсти-“шерстомойка”, красильный, ковровый и цех по выпечке хлеба. Те женщины, кто не платят, ежедневно выполняют всю тяжелую работу в промышленной зоне. Самая грязная и вредная для здоровья - это чистка шерсти, когда женщины вдыхают пыль и грязь, исходящую от прочесывания шерсти. Вообще условия содержания в дашогузской женской колонии очень плохие. За все услуги нужно платить: бараки переполнены, несостоятельные содержатся прямо на полу, для них нет кроватей, баня платная, туалет на улице. Суточные свидания платные, если не заплатишь, то общение на свидании только через решетку. До помилования (октябрь 2005г. - прим. ТХФ) в колонии содержалось около 2000 женщин. Из-за переполненности тюрьмы время свиданий не соблюдается, начальство бесцеремонно сокращает время свиданий вполовину и никаких объяснений не дает. Ежегодное помилованиe администрация также использует для пополнения своих карманов: тем, кто заранее заплатил деньги, было позволено выйти из колонии одними из первых, других намеренно задержали на несколько дней. Отношение начальства к женщинам отвратительное.

Там же есть что-то вроде внутренней тюрьмы: специально изолированное место для женщин, не подлежащих амнистированию. Это бывшие банковские работницы, это родственицы осужденных за покушение на Ниязова или высокопоставленных чиновников, обвиненных в кражах в крупных размерах и так называемые упрямые – те, кто качает свои права и им подобные. Их чуть больше 400 человек, они содержатся за решеткой, отдельно от остальных, к ним никого не допускают, передачи для них не позволены, свидания тоже*. Они как прокаженные, к ним ограничен доступ даже сотрудникам колонии. Чиновники хотели бы и за их счет поживиться, но боятся потерять хлебное место.

После выступления президента Ниязова (10 июля 2005г. на заседании кабинета министров - прим. ТХФ), начальником колонии назначили Гурбанбаеву О., майора внутренней службы из Дашогузского управления по исправительным наказаниям. А заместитель там молодая оперативная работница Реджепова Марал: она бьет женщин по лицу, рвет на них одежду, самовольно отправляет в ШИЗО-штрафной изолятор.**

Я уверена, практика помилования используется властями не для прощения оступившихся, а для того, чтобы чиновники могли ежегодно пополнять свои карманы. Как только Ниязов в своем выступлении сказал о предстоящем помиловании, женщины стали взывать к начальству колонии посодействовать им попасть в списки. Родственники осужденных начали искать соответствующие связи. Взятку платили прокурорам, работникам ДИНа (Департамент исполнения наказаний - прим. ТХФ), руководству тюрьмы, сумма доходит до 5000 долларов.”

*Примечание ТХФ : По нашим данным среди осужденных женщин есть те, кого по решению суда направили в колонию общего режима, но поскольку они являются “особыми”, то в нарушение закона их содержат в условиях строгого режима. Обращения и жалобы этих людей и их родственников приводят к еще большему ужесточению условий содержания “особых” заключенных.

** неотапливаемое помещение, с наполовину открытой крышей.

2. Работник МР/Д-14 г.Мары. Об условиях содержания в туркменских наказательных учреждениях мы попросили рассказать ЧЧ. - сотрудника МР/Д-14, который согласился ответить на наш вопросник. (Человек продолжает работать в СИЗО, поэтому имя и фамилия не приводятся).

Из 24 вопросов ответы получены на 16. Что касается оставшихся вопросов, то по словам ЧЧ. они являются конфиденциальной информацией и он опасается их разглашать. С полным текстом вопросов можете ознакомиться на первой странице сайта .

1. Насколько, на Ваш взгляд, объективна практика задержаний и привлечений к уголовной ответственности – ПО МЕЛКИМ ПРАВОНАРУШЕНИЯМ ОБЫЧНО ОБЪЕКТИВНО, ХОТЯ ВСЕ ЗАДЕРЖАННЫЕ ВСЕГДА ГОВОРЯТ О НЕОБЪЕКТИВНОСТИ ИХ ЗАДЕРЖАНИЯ. ЧТО КАСАЕТСЯ ЛЮДЕЙ ПОПАВШИХ ПОД КАТОК РЕПРЕССИЙ /В БОЛЬШИНСТВЕ СВОЕМ ЭТО РОДСТВЕННИКИ И КОЛЛЕГИ НЕУГОДНОГО РЕЖИМУ ЧЕЛОВЕКА/, ТО ЗДЕСЬ ЯВНО ВИДНА ФАЛЬСИФИЦИРОВАННОСТЬ ПРОВОДИМЫХ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ. 2. Грубость, побои, пытки во время следствия и в заключении - ДА 3. Вымогание взяток, шантаж со стороны органов - ДА 4. Допуск адвоката - НЕ ВСЕГДА 5. Свидания (условия, регулярность, продолжительность) - ПОСЛЕ СУДА 6. Возможность передачи одежды, лекарств, продуктов питания – ЧЕРЕЗ СЛЕДОВАТЕЛЯ ЗА ВЗЯТКУ 7. Возможность телефонного разговора с адвокатом, родственниками- НИКОГДА 8. Место (точное название спец.учреждения)- МР/Д-14 УПМВ ул.ТОЛСТОГО г. Мары 9. Сколько человек всего в учреждении - в сентябре 2005г. было 1000 ЧЕЛОВЕК 10. Площадь камеры - 2,5 кв.м. 11. Сколько человек в камере - НОРМА НЕ СОБЛЮДАЕТСЯ 12. Условия содержания (санузел, лежак, обеспеченность постельными принадлежностями) - ВСЕ ЭТО ИМЕЕТСЯ, НО ПОСТЕЛЬНОЕ БЕЛЬЕ НАСТОЛЬКО ГРЯЗНОЕ, ЧТО ОСУЖДЕННЫЕ ПО ВОЗМОЖНОСТИ СТАРАЮТСЯ ПОЛУЧИТЬ ИЗ ДОМА 13. Осмотр медперсоналом - В СЛУЧАЕ КРАЙНЕЙ НЕОБХОДИМОСТИ 14. Обеспеченность лекарствами - МИНИМАЛЬНАЯ 15. Самые распространенные болезни – ТУБЕРКУЛЕЗ 16. Питание: - 3 РАЗА В ДЕНЬ

Туркменский Хельсинкский Фонд по правам человека 7 декабря 2005 г.

Последние новости

Каракалпакстан - пока поуза. До 5 -го.
Каракалпакстан - пока пауза. До 5 -го?
Ночью силы безопасности в Нукусе атаковали протестующих. Есть жертвы
Ночью силы безопасности в Нукусе атаковали протестующих. Есть жертвы.
 ВОЛНЕНИЯ В НУКУСЕ  События в Каракалпакстане вызвали обеспокоенность не только Ташкента, но и Ашхабада.
Волнения в Нукусе. События в Каракалпакстане вызвали обеспокоенность не только Ташкента, но и...
 ТРЕВОЖНЫЕ НОВОСТИ ПО ДЕЛУ ЖУМАСАПАРА ДАДЕБАЕВА.
Тревожные новости по делу Жумасапара Дадебаева.
Здравоохранение: мы не имеем права говорить о недостатках/Hemme kişi diňe hemme zady öwmeli.
Здравоохранение: мы не имеем права говорить о недостатках/Hemme kişi diňe hemme zady öwmeli.