Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Божий дар с яичницей.

Божий дар с яичницей.

Набирающая обороты трансформация государственного устройства Туркменистана, по мнению его руководства, призвана произвести перелицовку всей государственной машины и ее имиджа.

Считается, что принципиальным шагом стало принятие месяц назад на внеочередном и последнем Халк Маслахаты новой редакции конституции страны. Последним Халк Маслахаты стал по той причине, что решением исполнительной власти, ему, высшему органу страны, не нашлось места в новой структуре государства. Принятием новой редакции конституции, Халк Маслахаты сделал харакири и приказал долго жить. Его функции по новой конституции разделили ветви законодательной и исполнительной властей – Меджлис и президент. Устранение этого органа, имеющего аналоги только в государствах с архаичным устройством (типа Лойя Джирги в Афганистане), стало первым шагом к цивилизованной модели государства.

Следующим шагом властей стал процесс формирования парламента, численность которого согласно новой конституции, увеличилась в два с половиной раза. Но произошел закономерный казус. Политическая структуризация в Туркменистане была полностью уничтожена Сапармуратом Ниязовым. А нынешние власти так торопятся выдать желаемое за действительность, что пренебрегают не только здравым смыслом, но и элементарной логикой последовательности.

Новая редакция закона о выборах депутатов меджлиса, принятого вслед за конституцией, говорит о том, что выдвигать депутатов в парламент страны могут политические партии, общественные объединения, а так же собрания граждан. Для знакомых с реалиями Туркменистана, все эти положения являются показателем того, насколько власти готовы идти по пути очковтирательства и фарисейства.

В стране нет ни одной политической партии. Так называемая «Демократическая партия» Туркменистана как политическая сила никем всерьез не рассматривается, так как является рудиментом Компартия ТССР, и не более чем имитацией наличия политического процесса. Интересна идеологическая связь в отношениях власти и «Демократической партии». Не партия определят идеологию, выражая мнение избирателей. Наоборот, исполнительная власть спускает идеологические установки партийному руководству, которые потом тиражируются партийной пропагандой. Понятие «партия власти» в случае с «Дем. партией» Туркменистана абсолютно отражает смысл: партия полностью принадлежит власти.

В Туркменистане нет ни одного закона, регулирующего политическую жизнь в государстве. Нет закона о политических партиях, закона о профессиональных союзах, а закон «Об общественных объединениях» настолько репрессивен, что не выдерживает никакой критики. Даже существующая «Демократическая партия» действует вне правового поля, как некий фантом. Что же касается формулировки относительно того, что кандидатов в члены парламента могут выдвигать «...так же собрания граждан», ничего, кроме сарказма вызвать не может. В Туркменистане действует негласное правило «больше трех не собираться». Даже частное праздничное или траурное событие власти должны санкционировать, не говоря уже о возможности «собрания граждан» с такой политизированной целью, как выдвижение кандидатов в члены парламента численностью не менее двухсот человек, как требует вышеупомянутый закон о выборах. Тем не менее, президент Гурбангулы Бердымухамедов распорядился обеспечить возможность приезда и работы на выборах международных наблюдателей, чтобы те воочию убедились, что выборы в меджлис прошли «на широкой, демократической основе». Эта затасканная, постоянно используемая туркменскими пропагандистами фраза, еще со времен Ниязова являлась хорошим индикатором того, что никакой «демократической основы» в принимаемых решениях нет. И именно потому, что нет этой самой демократической основы – многопартийности, независимых СМИ, гарантий права на собрания, - всего этого не существует даже на законодательном уровне…

В этой связи совершенно непонятны критерии, на которых будет основана состязательность претендентов. Состязательности не только и не столько во фрондерстве, критики власти и позиций друг друга, сколько в реальном конструктивизме позиций. Другой парадокс заключается в том, что туркменская власть предлагает сыграть в игру с неустановленными правилами. Нет партий, нет политической и экономической платформы. Похоже, что такие мелочи проявления демократических основ власть не волнуют.

А как же быть с международными наблюдателями, присутствие которых на предстоящих выборах так широко анонсируется? Дело в том, что туркменскими властями и всей пропагандистско-идеологической машиной довольно хорошо отработана система презентации практически любого проекта и процесса так, как нужно властям. Не стоит забывать, что МИД Туркменистана до сих пор возглавляет Рашид Мередов, один из идеологов и апологетов «башизма», умудрявшийся так лихо отбивать все обвинения в тотальном нарушении прав человека в Туркменистане и прославлявший все прелести жизни при Ниязове (и самого Ниязова), что дипломаты называли его никак не иначе, как «туркменский Геббельс». Этот человек может взяться за доказательство, что черное является белым и наоборот. По его инициативе Туркменистан открывает двери перед всем желающими понаблюдать за выборами в парламент страны с полной уверенностью в том, что особых претензий к выборам у международных наблюдателей не будет.

Первый фактор, стоящий за этой уверенностью состоит в том, что, по мнению туркменских властей, достаточно только виртуозно организовать имитацию демократического процесса. А сам процесс может оставаться, каким и был ранее, тоталитарным и номенклатурным, по сути, не имеющим ничего общего с демократией. Однако виртуозности у властей не получается. Классическое выражение «хорошая мина при плохой игре» в полной мере относится не только ко всей кампании по выборам в меджлис, но и ко всему конституционному процессу, который никак не может претендовать на демократичность ни по форме, ни по содержанию.

Второй фактор – полная уверенность туркменских властей в том, что ни один представитель ОБСЕ, СНГ, ШОС и прочих международных организаций не станет говорить о сколько бы то ни было значимых нарушениях избирательного процесса именно потому, что России, Китаю и Западу, нужен туркменский газ. Уверенность властей в том, запасы газа автоматически являются индульгенцией за все: элементарную некомпетентность и полное презрение к общепринятым нормам международного и национального права, граничащее с хамством самонадеянное поведение, уже возвращают Туркменистан в разряд проблемных стран, к которым он относился во времена Ниязова. Заработанный на контрасте с чудаковатыми манерами Ниязова карт-бланш, был на удивление быстро растрачен Бердымухамедовым. И в первую очередь за счет непродуманных шагов в политике модернизации государственного устройства, желания прослыть демократом, оставаясь диктатором.

В своем первом интервью в качестве президента, Бердымухамедов говорил о том, что «… эту нежную субстанцию (демократию) невозможно насаждать, применяя готовые импортные модели. Её можно только бережно выращивать, пользуясь мудрым национальным опытом и традициями предыдущих поколений». Прошло полтора года и под его руководством началось смешение «импортных моделей» и «традиций предков», потуг на демократичность и пренебрежения к основам демократии. Божьего дара с яичницей.

Сохра Алтыева (Ашхабад)

Источник: Оазис

http://www.ca-oasis.info/oasis/?jrn=92&id=688

Последние новости

Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
Брифинг помощника госсекретаря США В. Нуланд на Совете Министров иностранных дел ОБСЕ. Лодзь 2022.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
ХАМСКИЙ ОТВЕТ ГКНБ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ.
 Посол Туркменистана в Австрии покинул зал заседания во время речи министра иностранных дел Украины.
Посол Туркменистана в Австрии и ОБСЕ покинул зал заседания во время речи министра иностранных дел...
Демарш туркменского дипломата в МИД ОБСЕ /Türkmen Diplomatynyň Äsgermezçiligi.
Демарш туркменского дипломата в МИД ОБСЕ /Türkmen Diplomatynyň Äsgermezçiligi.