Логотип Туркменского Хельсинкского Фонда

Туркменский Хельсинкский Фонд по правам человека

Turkmenistan

Она не могла молчать.

Она не могла молчать.

На страницах "НГ-Ex Libris"а" Татьяна Бек дважды выразила свое отношение к переводам из Туркменбаши, считая этот проект "не столько безумным, сколько непристойно прагматичным" ("НГ-EL", 2004, # 49).

Она считала, что не может поступить иначе, ей будет стыдно перед туркменскими друзьями, перед своими студентами в Литинституте, перед самой собой.

Таня не могла молчать. И поплатилась за сказанное. Ей устроили настоящую психическую атаку. Звонили, угрожали, говорили страшные вещи, по-иезуитски умело нажимали на болевые точки. А делалось это так: сегодня звонил один, завтра - другой, послезавтра - третий…

Не знаю, было ли это организовано или каждый действовал сам по себе, по наитию. Но результат был достигнут - Таня впала в отчаяние. Она мучилась и никак не могла понять, чем заслужила такие оскорбления и угрозы.

Прямая и чистая душа, она хотела, чтобы все было честно, по правилам. И думала, что остальные хотят того же. И поэтому, сталкиваясь с бесчестьем, всякий раз искренне страдала. Будто забывала, что живет там, где нет никаких правил.

Таня искренне верила в то, что если все честно и добросовестно объяснить, то люди поймут. Даже те, кто думает по-другому. "Негоже ни поэтам, ни мудрецам перед царями лебезить, выгоду вымогаючи..." - так писала она ("НГ-EL", 2005, # 1). Но она ошибалась: это были не "поэты и мудрецы", скорее люди, по недоразумению сходящие у нас за интеллигентов.

И вот что странно и страшно. Почему-то в качестве мишени выбрали именно ее - поэта, женщину, человека очень ранимого и впечатлительного.

Последней каплей стали лживые и подлые слова анонима в одной уважаемой газете - о том, как "одна поэтесса использовала" имя одного "поэта, его влияние, товарищескую помощь в своих целях".

Таня спрашивала: "А если я умру, им хотя бы станет стыдно?" - "Нет, - сказала я. - Чувство стыда им неведомо". Она не поверила... А я не поверила в то, что она умрет...

Я не называю имен тех, кто звонил Тане. Но буквально на следующий день после ее гибели, 8 февраля, начался настоящий дезинформационный шквал. Как будто ждали и готовились.

От имени родных и друзей Татьяны большая просьба к фигурантам - не появляться на похоронах Татьяны.

Татьяна Бек не могла молчать. И расплатилась за это непомерно высокой ценой. Своей жизнью.

Виктория Шохина «Независимая газета» 10 февраля 2005 г.

Последние новости

Попытки заглушить голоса туркменских активистов не прекращаются.
Попытки заглушить голоса туркменских активистов не прекращаются.
Дело каракалпакского активиста Саадатдина Реймова:  Четыре года заключения за разговор о митинге в поддержку политзаключенных в Каракалпакстане
Дело каракалпакского активиста Саадатдина Реймова: Четыре года заключения за разговор о митинге в...
Документальные данные о политических преследованиях в Каракалпакстане
Документальные данные о политических преследованиях в Каракалпакстане
МОТ: Правительство Туркменистана не принимает меры для ликвидации детского и принудительного труда при сборе хлопка
МОТ: Правительство Туркменистана не принимает меры для ликвидации детского и принудительного труда...
Власти штрафуют за частное мнение и не выпускают из страны/Dürli pikirlilere azatlyk ýok
Власти штрафуют за частное мнение и не выпускают из страны/Dürli pikirlilere azatlyk ýok